INTERSTELLAR

Объявление

Вниманию гостей: форум переведён в приватный режим. Приём новых игроков закрыт.
Подробности в ОБЪЯВЛЕНИИ.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » INTERSTELLAR » hidden ways » werewolfs, baby!


werewolfs, baby!

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

werewolfs, baby!

Jackson Weller, Kai Berger.

США, Нью-Йорк.

http://savepic.su/7387560.jpg
Не бойтесь этих собачек, они не кусаются, или как важно сохранить нервы в порядке.

[AVA]http://savepic.su/7286300.jpg[/AVA][NIC]Kai Berger[/NIC][SGN]Guns go off and acid rains
Down the face of this town.
[/SGN][STA]wild eyes[/STA]

0

2

[NIC]Jackson Weller[/NIC][AVA]http://savepic.su/7376296.jpg[/AVA]
Новостной канал, следуя своим лучшим традициям, транслировал в глаза и уши благодарных зрителей полнейшую бредятину. Новости о погоде и растущем курсе доллара хаотично сменялись новостями о том, насколько ужасно жить в этом мире, кого сегодня взорвали, какая команда выиграла в бейсбол, какой рейтинг у особо дебилковатого кандидата в президенты и, безусловно, важной информацией о продолжительности эрекции у горилл.
Джексон особо не вникал в происходящее. У него было зрелище поинтереснее: пустой холодильник, в который он заглядывал уже третий раз за вечер. Пустоту холодильника подчеркивал сиротливый засохший кусочек пиццы, лежащий строго по центру. Каждый раз, когда оборотень подходил к холодильнику, он смутно надеялся – вдруг там появится еще что-нибудь съестное, и каждый раз терпел полный крах своих надежд.
Он уже практически смирился с тем, что придется выйти из дома до ближайшего ларька с шаурмой, когда зомбоящик, несогласный с тем, что его бессовестно игнорируют, выкинул последний козырь в виде экстренных новостей этого часа.
Взволнованная дикторша с буферами, готовыми прорвать ее блузку, быстро затараторила о том, что из какого-то зоопарка сбежал опасный зверь, и что горожанам настоятельно рекомендуют оставаться в своих домах, запереть все двери и притвориться мертвыми. Для их же безопасности.
Джексон посоветовал ведущей покупать одежду на размер больше, чем та, что надета на ней сейчас. Просто в целях эксперимента. Чтобы хоть кто-нибудь в этом блядском городе слышал то, что она говорит.
Затем дикторша обрадовала всех известием о том, что уже предприняты все меры, чтобы обезопасить город от такой первобытной угрозы, а также заметила, что ни один зоопарк не взял на себя ответственность за происшедшее.
– Конечно, не взял. Сейчас только ИГИЛ ответственность на себя берет, все остальные ссут и откашивают, –  экспертно согласился Джексон с телевизором и тут же подавился своими словами, потому что сиськи ведущей сменились вертикальным видео. На видео очень знакомая белоснежная фигура радостно скакала по самому центру города. Джекс мог бы сказать, что с такими параметрами у Кая очень хреново получается слиться с местностью. Вместо этого он сказал:
– Вот ты долбоеб-то! Дебил сраный! Мудилище лесное, блядь!
У оборотня было еще много слов, которые он мог сказать по поводу последних событий, но их он решил удержать до личной встречи. Если, конечно, Кай будет в состоянии внимать им.
– А он, сука, будет, еще как будет, – бормотал себе под нос Джексон, натягивая кроссовки на босу ногу. До той точки, где оборотня видели в последний раз, придется добираться на такси. Город – отвратительное место для того, чтобы искать братьев по запаху. Основная проблема заключалась в бензине и надушенных блядях, которые выходили из дома, вылив на себя цистерну особо вонючей мерзости. Бензин Джексу нравился больше.

Об одном он не подумал, когда, добравшись до нужного места и отыскав слабый след, перекинулся в звериную форму: как им, таким красавцам, потом домой топать. Впрочем, Джекс не был настроен настолько оптимистично, чтобы смотреть так далеко в будущее: для того чтобы топать домой, нужно для начала получить такую возможность. И этому нехитрому делу сильно мешали люди, которые при виде огромного волка в центре мегаполиса почему-то начинали громко орать, размахивать руками, шуметь огнестрельными предметами и делать иные необдуманные поступки. 
В нос  ударила тысяча разнообразных запахов, накладывающихся друг на друга, рассказывающих о жителях города куда лучше, чем они могли бы рассказать о себе сами. В пекарне на третьей улице готовили свадебный торт, за углом состоялся бой без правил за бутылку сивухи, пару дней назад здесь убили женщину, а в двух кварталах отсюда готовят вожделенную шаурму. Джекс почесал нос лапой, пытаясь найти в этой какофонии нужный ему запах и постарался на время забыть о еде. Побродил по опустевшей детской площадке, утробным рыком довел до инфаркта придремавшего на лавочке бомжа, и наконец, отыскал нужный след. 
Короткими перебежками, стараясь слиться с тенью, чувствуя себя почетным вторым призером на конкурсе идиотов (первым был понятно кто) Джексон добрался до самого заброшенного, убогого и помоечного в мире склада. Надписи на стенах рассказывали о нехитрых планах  и мечтах посетителей этого чудного места, у дальнего входа грелись возле бочки с огнем бродяги, под подушечками лап хрустели битое стекло и кирпичи.
Брата по стае он нашел в помещении, некогда бывшем кладовкой, а теперь – ныкательным местом Кая. Как тот умудрился так далеко забраться в металлическую чащобу гнутой и поломанной мебели – оставалось только догадываться.
«Ты конченый дебил», - на азбуке морзе проморгал ему Джекс очень надеясь, что его телепатический посыл дойдет до адресата в неискаженном виде. Как по-другому убедить мелкого перестать прикидываться приемным отцом Маугли, вернуться в прямоходящее состояние и, сперев одежду у местных бомжей, вернуться домой – он не знал.

+1

3

У Кая была одна проблема, каждый раз непринужденно вгоняющая его в состояние «даебаныйпиздец!». Никак от него не зависящая, тихо спящая в черепушке до тех пор, пока ей не отвешивал пинка какой-нибудь внезапный пиздец, и она не просыпалась, предвкушающе потягиваясь в сознании и напоминая о себе. В силу сложных отношений Бергера с законами мирового равновесия и удачей, происходило это не в далекой глуши, где нет ни единой человеческой души, и даже не дома, а в оживленном и людном месте. Например, в центре Нью-Йорка, где Кай беспечно шел по улице, пока его не скрутил приступ острой боли и не вынудил прислониться к ближайшей стенке. Тут же нашлись сердобольные прохожие, заботливо поинтересовавшиеся, все ли у него в порядке.
Порядком у Кая даже не пахло. Об этом недвусмысленно вопила пронизывающая, ломающая боль в костях, неумолимый предвестник приближающейся трансформации - нахер ему не нужной, несдерживаемой, выворачивающей и тело, и сознание под яростный протест рассудка.
Под удивленные и непонимающие взгляды он метнулся меж домов, искренне надеясь, что у него есть в запасе еще несколько секунд, прежде чем тело вывернет волчьим обликом, а улица, ставшая невольной свидетельницей подступающего пиздеца, ничем не отличается от других, и через пару десятков метров вглубь нагромождения зданий сменит холеный лоск на узкие и темные дворы, где можно затеряться.
Ожидания Бергера оправдались, но лишь отчасти. Он успел скрыться от чужих глаз. Сердце забилось быстрее, зрение перешло в другой спектр, в ноздри ударил клубок запахов города, неразличимый для человека и такой понятный для зверя. Под треск разрываемой одежды и хруст собственных костей Кай услышал пронзительный человеческий визг – здесь могли не обратить внимание на беспамятного человека. На мертвого или умирающего, но здоровенный волк вызывал не равнодушие, не брезгливость, а первобытный страх, и оборотень, глухим рыком озвучив рвущееся наружу «Блядь!», рванул дальше в переплетение переулков под истошные крики.
Они не умолкали – оборотень белым призраком метался по переулкам, и везде были люди. Он принюхивался, тщетно пытаясь уловить, где запах их тел слабее, но такого места попросту не было. Разносчик пиццы уронил свою ношу, отшатнувшись в сторону и обдав зверя волной паники, уборщик бросил черный пакет и с воплем метнулся обратно под защиту обшарпанной двери. Кай растерянно шарахался между домов и привлекал все больше и больше внимания. Его карма ушла в глубокий провал, когда он выскочил из проулка и напоролся полицейских. Они тоже поддались флэшмобу «урони все, что держишь в руках», но их недолгая растерянность быстро сменилась действием – захлопали выстрелы, а число нецензурных слов в голове оборотня с лихвой компенсировало недостаток кармы.   
Кай не знал, почему это происходит. Ни у одного знакомого оборотня не было такой загадочной хуйни. Единственное, на чем сходились те немногие, кто знал о его проблеме, так это о ее происхождении, берущем начало в той части прошлого, о которой он никогда не хотел вспоминать, но которое топило его с головой всякий раз, когда он застревал в волчьем облике.
Кай боялся. Боялся остаться в нем навсегда, если вдруг его подсознание врубит защитный рефлекс на постоянной основе без возможности ослабить уровень контроля, и он будет до конца своих дней бегать на четырех лапах. Его страх разъедал тщетные попытки прийти в себя, и запускал цепную реакцию, откладывающую возвращение в человеческую форму на неопределенный срок.
Бергер метался как ошалелый – под прицелом взглядов и камер мобильных телефонов – пока наконец не почуял запах ржавого железа, пыли, отсыревших досок. Запах упадка, показавшийся ему спасительным. Оборотень рванул вперед. Ворвался на заброшенный склад. Втянул воздух – разрушенное здание хранило запах людей, но он был старым, смазанным. Разбавленным временем. Из живых существ здесь были только снующие в завалах хлама крысы – их он чуял и слышал. Шелест крохотных лапок мелких созданий, почуявших хищника сильнее. Хищником Кай сейчас ощущал себя в последнюю очередь – он больше походил на забившегося в нору зверя, надеявшимся, что его убежище не превратится в западню. Оборотень забрался в наполненную старой переломанной мебелью комнатушку. Он ждал темноты – когда этот город вспыхнет яркими огнями и вместе с тем ослепнет, а он сможет добраться до своего дома на окраине. Или дальше – затеряться в клочках уцелевшего леса, пока звериная ипостась не ослабеет и отпустит сознание.
В размышления вклинился запах, хорошо узнаваемый, не враждебный. Кай вскинул голову и втянул воздух. Джексон. С мыслью, какого хера его сородича по стае принесло в этот хламовник, он выполз из-под завалов, попутно удивляясь, как он вообще умудрился туда протиснуться под напором адреналина.
На серой морде Джексона он без труда прочитал свои же недавние мысли, начинающиеся со слова «какого…». Дальше возможны вариации и добавления, но суть понятна и так. Бергер шумно вздохнул и тряхнул головой. В дословном переводе это означало «Пиздец». Он глянул в глаза сородичу, гадая, как бы объяснить ему свою проблему, но не успел. Почуял людей. И Джексон тоже почуял, должен был. Кай интуитивно повернул морду, прислушиваясь, и снова посмотрел на собрата по стае, на этот раз силясь передать ему другой, не менее важный посыл «Ну ебаный пиздец!». Бергер неслышно обошел Веллера.
- Собачка… где ты, собачка... - доносился мужской голос.
- Да это не собачка, а волк! – незамедлительно парировал женский.
- Какая разница? Мы должны его спасти.
- А может это она?
- Ты спорить будешь или спасать?
Кай сокрушенно склонил набок голову – вот только юных защитников природы им сейчас не хватало. Пристально посмотрел алыми глазищами на Джексона, мол, давай, бери дело в свои руки. Сам он может только до инфаркта довести. Хотя Джексон тоже мог – причем в любом обличье.

[AVA]http://savepic.su/7286300.jpg[/AVA][NIC]Kai Berger[/NIC][SGN]Guns go off and acid rains
Down the face of this town.
[/SGN][STA]wild eyes[/STA]

+1

4

[NIC]Jackson Weller[/NIC][AVA]http://savepic.su/7376296.jpg[/AVA]
Тот, кто придумал фразу про верблюда и игольное ушко, явно никогда не встречался с Каем и поломанными стульями.
«Восхитительный долбоеб. И имя у тебя говорящее. Из любой мелочи можешь составить слово «Жопа», - вынес приговор Джекс. Приговор был суровым и окончательным, без права на апелляцию. О проблемах Кая с самоконтролем он знал, но это не меняло ничего. Уж если тебя временами скручивает так, словно ты – мокрая тряпка в руках умелой прачки, то будь добр держаться подальше от тех мест, где есть люди и видеокамеры. И ладно тебя, придурка, прибьют или посадят в зоопарк – тут уж как повезет. Намного хуже будет, если массовая общественность вдруг узнает о существовании подобной угрозы в самом центре мегаполиса.
Волк коротко, злобно, рыкнул, сожалея о том, что звериная форма не приспособлена для того, чтобы доступно и понятно выразить все, что он думает о Бергере и сорвал свою злость на зазевавшейся не в меру любопытной крысе, перекусив ей хребет. Рот наполнился горячей ароматной вкусной кровью. Не самый роскошный ужин, но на безрыбье и крыса сгодится. При взгляде на Кая становилось ясно, что до ближайшего ларька с шаурмой они доберутся в лучшем случае к утру, и на своих четырех. Природа, наделив волков силой, скоростью, выносливостью (а некоторых, но не Кая, конечно же, еще и мудростью), не позаботилась о создании в шкуре кармашка для мелочи. Как-то она не подумала, что наступят темные времена, когда голодному волку проще заплатить за еду, нежели убить ее.
Волк облизнулся, слизывая с морды остатки крови и навострил уши, скорее почуяв, нежели услышав людей. Он едва ли не завыл от досады. Здесь, блядь, что, какая-то сходка тайного общества наглухо ебанутых идиотов? Сначала Кай, но он с детства на голову приебнутый, его еще можно понять. Но люди…  Что должно быть в голове у человека, чтобы посреди ночи быть на старом заброшенном, насквозь прогнившем, провонявшем бомжами и крысятиной, складе, увидеть крупную звериную фигуру и решить… не уйти по-хорошему, не вызвать контроль за бродячими животными, а спасти ее?!
«Спасать они, блядь, собачек собрались», - волк глухо зарычал, с трудом справляясь с подступающим к глотке бешенством. Хвост нервно дернулся, хлестнув по боку. Джекс тряхнул махнул головой, мол, пошли отсюда, пока они действительно не пришли и не спасли нас. Толкнул дверь и та, по законам подлости, заскрипела на весь Нью-Йорк.
– Он там! – послышался воодушевленный женский голос, и из-за угла показались две фигуры. По зрачкам будто прошлись опасной бритвой, на миг Джексон остолбенел, ослепленный болезненно-ярким светом фонаря. В такие минуты он питал особую, концентрированную ненависть к людям. Уж если вы не видите в темноте, то и нехуй по ночам шариться где попало, мешая честным оборотням тихо, без лишнего шума, вернуться в свое логово.
Волк прыгнул, свалив человека на землю. Не глядя, ориентируясь по запаху, готовый убить ради того, чтобы источник света перестал существовать. Женщина завизжала, фонарь выпал из руки парня и, панически заморгав, покатился по кривому полу. В воздухе густо запахло насмерть перепуганными людьми. Джекс принюхался и приподнял верхнюю губу в злорадном оскале, заливая горе-спасателя слюной.
По-звериному короткая и, в общем-то, дельная мысль: «О. Еда», сменилась более разумным «Вот только этого, блядь, не хватало для полного счастья». Оборотень разочарованно клацнул зубами перед самым ухом человека и потрусил к выходу, изредка оборачиваясь, чтобы проверить – идет ли Кай следом или уже успел вляпаться еще во что-нибудь, все как он любит.

Народные дружинники, едва услышав новость об опасном звере в самом сердце Нью-Йорка, собирались группами по десять человек для патруля улиц. Впервые за всю историю существования их организации, они презрели правило «никакого насилия» и вооружились кто чем горазд. Как ни крути, а бешеный волк – это не пьяные подростки, которых зачастую можно расшугать одним упоминанием полиции. Они, тихо переговариваясь между собой, шли мимо пустующего склада, перекидывались шуточками и передавали бутылку с водой, а пара молодых ребят – и с кое-чем покрепче, чтоб согреться. Никто не говорил этого, но ни один из этих людей не хотел бы действительно наткнуться на опасного хищника.
Опасный хищник сам наткнулся на них.
В два прыжка вылетев из распахнутых дверей заброшенного здания, Джекс напрочь позабыл о том, что ни один дворник не озаботился посыпать песком местные дорожки. Когти скрипнули по льду, лапы предательски разъехались в сторону, и волк, отчаянно скуля и пытаясь вернуть себе управление, на полной скорости врезался в толпу. Люди посыпались на землю, как кегли. Ловкий парень, успевший не только отскочить от места столкновения, но и взлететь метра на два по столбу, закричал.
Джекс услышал то, что некогда слышали его предки, решившие перекусить барашком, украденным из общакового стада:
- ВО-О-ЛК!

+1

5

«Даебаныйпиздец» даже не думал заканчиваться. Он продолжал наращивать обороты, устраивая феерическое шествие всеобщего идиотизма. Что может быть заметнее одного сбесившегося волка немаленьких размеров в оживленном даже ночью городе? Только еще один такой же полоумный лохматый спасатель! Нет, Кай был признателен, что Джекс, очевидно, увидев его похождения в новостях, побросал свои жизненноважные дела по продавливанию дивана и прицельному метанию пивных банок в окно и рванул на поиски бедового собрата по расе. Сквозь покров иронии Бергер действительно был благодарен ебанутому сотоварищу, пусть и немного недоумевал, как появление еще одной громадной зверюги поможет им теперь уже двоим стать незаметнее.
Впрочем, думать об этом у него времени не было, а Веллер, похоже, не думал вовсе. Тем более, что на его пути подвернулись еще одни спасатели, не в пример еще больше шизанутые, чем два заплутавших оборотня. Морозная нью-йоркская ночь, заброшенный и запустелый склад и тревожные тени звериных фигур – если бы все это происходило в фильме, герои с визгом ломанулись бы подальше от источника опасности, но жизнь оказалась прозаичнее и тупее. Юные спасатели настойчиво двинулись нести добро объекту своего повышенного внимания, пока этот объект не заставил их немного стать легче.
С фырканьем Кай поторопился вслед за Джексоном, шумно втягивая воздух – снаружи тоже пахло людьми. И их было больше, чем обгадившихся натуралистов.
Джекса это не остановило. Не смогла это сделать и хлипкая, попавшаяся на его пути перекошенная деревянная дверь, потерявшую от столкновения с оборотнем последнюю связь с облупившимся косяком. Коварство поджидало в виде самого обыкновенного льда. Кай притормозил рядом со сбитой дверью, наблюдая как природное явление и инерция делают из ловкого хищника неловко растянувшегося на льду звереныша. Джекс не собрал полный страйк. Устоявшие на ногах люди-кегли подвисли на долю секунды, после чего повисшая тишина вдребезги разбилась от пронзительного вопля. Кай не стал дожидаться, пока те, кто устоял на ногах, вспомнят об оружии.
Мироздание – та его часть, что отвечала за баланс человеческой ипостаси и звериной – немного промахнулось в пропорциях, создавая Бергера. В его двадцать пять Каю наотрез отказывались продавать пиво, даже если он показывал паспорт, угрожая вызывать полицию за подделку документов. В звериной ипостаси он мог бы претендовать на главную роль в разухабистом трэшаке «Мутанты атакуют», а уж о незаметности вовсе и не было речи. Сейчас врожденная нестандартность была только на руку.
Вздыбив шерсть и этим еще прибавив размере, Бергер тенью выпрыгнул из черного провала дверного проема, оказавшись недалеко от людей. Угрожающе пригнулся и, оскалившись, глухо зарычал. Кай не стал проверять, насколько сильным окажется произведенный им эффект и в следующую же секунду в один прыжок оказался рядом с ближайшим к Джексу горе-охотнику. Даже в звериной ипостаси Бергер никогда не был кровожадным зверем, получающим удовольствие от человеческого страха или убивающего ради самого убийства. В определенных случаях ему сметало башку напрочь, но даже сейчас, чувствуя неподдельную угрозу от собравшихся по их души людей, Бергер не торопился устраивать кровавую кашу без особой на то необходимости. Он ухватил сжимающего «ствол» человека за руку, вынуждая заорать от боли и страха и выронить оружие, а после – зайти к врачу лечить нервы и раздробленные кости. Тут же метнулся к следующему сбивая его с ног. Хлопнул выстрел, и Кай почувствовал, как бок прошило острой болью. Повернулся к стреляющему – слишком живой для получившего пулю зверя. Где-то в стороне справившийся с гравитацией Джекс уже дал волю когтям и зубам, не отказывая себе в удовольствии получить свежий ужин. Бергер же сосредоточился на стрелявшем, сверля его алыми глазами, и страх сделал свое дело. Осознав, что перед ним нечто иное, чем сбесившийся волк, и оружие больше не залог сохранности своей шкуры, человек сделал глупейшую в мире вещь – бросился бежать, подавая пример остальным. Кай тоже не стал медлить – не обращая внимания на пульсирующую боль в боку, подскочил к Джексу, рыкнул, перетягивая внимание на себя, и ломанулся прочь – пока не объявились еще смельчаки и любители пострелять.
Бедовые оборотни неслись по темным, узким переулкам, перескакивая через мусорные контейнеры и опрокидывая бомжей. Доставили несколько занятных мгновений парочке, решивший под покровом ночи согреться старым как мир способом. Наконец, Бергер притормозил. Повернулся к Джексону и мотнул мордой, тихо заскулив. В переводе на человеческий это было нечто среднее между «Ну заебись пробежались» и его любимой мантрой по жизни про пиздец.
[AVA]http://savepic.su/7286300.jpg[/AVA][NIC]Kai Berger[/NIC][SGN]Guns go off and acid rains
Down the face of this town.
[/SGN][STA]wild eyes[/STA]

+1

6

[NIC]Jackson Weller[/NIC][AVA]http://savepic.su/7378244.jpg[/AVA]
Люди всегда казались Джексу на удивление странными созданиями. Они на всех углах кричали о том, что надо запретить свободную продажу оружия, и таскали его с собой, выхватывая по поводу и без. Они требовали от других пацифизма, а сами херачили волков веслом по голове. Они раздавали листовки с громкими лозунгами «Спасем свою планету вместе!», а сами херачили волков веслом по голове.
Веллер обиженно взвыл и перекусил сначала весло, а затем и держащую его руку, прежде чем кинуться наутек вслед за Каем. Мир перед глазами слился в мешанину из огней, снега, машин и людей, в самом центре которой находилась мохнатая белоснежная жопа.
«Вот, полюбуйся, это твоя жизнь», – думал Джексон, едва поспевая за Бергером. – «Ты так живешь, жил и всегда будешь жить. В куче непонятной херни и с постоянно маячащей жопой на горизонте».
К счастью, Кай все-таки затормозил, решив, что они отказались на достаточно безопасном расстоянии от агрессивных людей. Хрен там пел, конечно. След за ними оставался такой знатный, что по нему мог пройти даже слепой, поехавший крышей охотник. Но пять минут передышки – это больше, чем ничего. За пять минут можно многое успеть. Успеть отдышаться, собраться с мыслями, в конце концов, выплюнуть человеческую кисть, болтающуюся в пасти с момента последней стычки.
Веллер плюхнулся на задницу, коротко ободряюще тявкнул, мол, «где наша не пропадала!» и с остервенением почесал за ухом, болезненно поскуливая, когда лапа задевала вздувшуюся шишку. Хотел бы он завтра наведаться в больницу к тому оригиналу, который его по башке огрел, и вежливо-вежливо спросить, какого хрена он ходит по центру города с веслом. Не с молотком, не с ножом, не с пистолетом, а с гребаным лодочным веслом! Но нюх подсказывал Джексу, что такой вопрос вместо ответа, вызовет массу встречных: «Откуда вы знаете про весло? Почему у вас на голове шишка размером с Миннесоту? Почему вы держите в руке этот огроменный тесак?»

Хлопнула подъездная дверь. Не успевший отдышаться Джекс едва ли не зарычал от безысходности. Сердце колотилось, бешено перегоняя пересыщенную адреналином кровь. Передышка выдалась короткой. Слишком короткой для того, чтобы оставались силы продолжать марафон по ночному городу. Он прижался к земле, пристально всматриваясь в пошатывающуюся человеческую фигуру. Размер вроде бы был нужным. Джекс кивком головы указал Каю на человека и легонько стукнул лапой по земле, не зная, как еще выразить просьбу ненадолго задержать этого придурка.

Когда жуткая боль, перемалывающая кости изнутри, наконец отступила, взгляду Джексона открылась изумительная картина. На белом-белом снегу валялся белый-белый человек, над которым навис белый-белый волк, из бока которого капала красная-красная кровь. Если бы Веллер был художником, он бы обязательно нарисовал это. Если бы Веллер был художником, он бы постарался запомнить всю красоту и утонченность увиденного. Если Веллер был художником, он бы не ломанулся портить картину своим непотребным видом, матерясь, перепрыгивая с одной ноги на другую и ругая суку-зиму на чем свет стоит.
С валяющегося в нокауте мужика была снята почти вся одежда, а Кай, который, как показалось Джексу, еще и ржать пытался, был одарен взглядом особой ненависти. Ему-то хорошо, он и ледниковый период спокойно переживет, и даже не заметит его.
– Холодно, мужик, да? – сочувственно спросил он у пьяницы. Тот согласно молчал и постепенно синел. Джексон тяжело вздохнул. Вместе с человеческой формой и теплом к нему возвращалась и совестливость. Он подышал на руки, поморщился и, кряхтя и матерясь, затащил мужика в подъезд, бережно положив ему на грудь ключи, документы и телефон. Авось, это немного смягчит его негодование. Если его, конечно, не отпиздят местные гопники.

– А это че за хуйня?! – завопил водитель такси, и попытался захлопнуть дверь, но Джекс поспешно сунул ногу, мешая последнему шансу вернуться домой, укатить в неизвестность.
– Собака, – зашипел от боли Веллер, мстительно покосился на Кая и добавил:
– Карликовый чихуа-хуа. Купил, блядь, у бабки на рынке, а оно слегка подросло.
Водитель с недоверием посмотрел на чихуа-хуа и покачал головой:
– Не, это не повезу, оно мне всю машину шерстью заляпает.
– А за сто баксов? – вкрадчиво спросил Джекс.
Мужчина снова покачал головой. То ли проблема была слишком крупная, то ли этот уже успел посмотреть последние новости, но даже повышение суммы не заставили его переменить своего мнения. Торговаться Веллер не умел, у него от этого начинался нервный тик. Понимая, что дальнейшие старания бессмысленны, вздохнул и, слегка подпнув Кая ногой, сказал:
– Бобик! Фас!

+1

7

Приключения двух приебнутых оборотней даже не думали заканчиваться. Напротив, они стремительно набирали обороты, и следующим в зону поражения попал человек. Обычный такой человек, вышедший на улицу в неурочный час – в облаке перегара и одежде. Последняя и сыграла решающую роль, потому что Джексону приспичило вернуться в человеческий облик.
Скептически пронаблюдав попытку передать жестами посыл отвлечь бедолагу, Кай покачал головой и перевел взгляд на доходяжного мужичка. Отвлечь его можно было и с угрозой отправить сразу в морг, но когда такие мелочи беспокоили Джекса? Да и Кая, справедливости ради, тоже. Слабое сердце – проблемы пропойцы.
Неслышно, подражая белому пушистому зверьку, Кай пошел следом за человеком, глухо заворчав от острой боли в боку при движении. Когда адреналин немного спал, та ощущалась отчетливее. У Бергера не было возможности оценить последствия взаимодействия человека с огнестрельным оружием, но он очень надеялся, что пуля прошла по касательной, и ему не придется хмуро коситься на Джексона, чтобы тот изобразил из себя хирурга-недоучку и вытащил застрявший кусочек металла.
Предавшись размышлениям, Кай очень неудачно наступил на лапу и досадливо заскулил. Человек обернулся на звук, и Бергер увидел последовательно сменяющие друг друга стадии принятия неизбежного на его лице: ахуй, неверящий ахуй и, наконец, само принятие, выразившееся в картинном закатывании глаз и обмороке. Кай вздохнул – все-таки бухло до добра не доводит. Подкрадывающиеся волки размером с теленка, конечно, тоже не доводят, но он предпочел все свалить на бухло. Для очистки собственной совести.
Тем временем на неравном боле битвы появился переступающий с ноги на ногу и старательно мерзнущий Джекс. Бергер выразил свое отношение к его манипуляциям красноречивым фырканьем. Когда с облачением в бомжеватый наряд было покончено, а раздетый мужик пережил короткий приступ альруизма Веллера, чудесатые приключения сегодняшнего вечера взяли новый курс на ебанутость.
Будучи не в состоянии прокомментировать вслух свои мысли относительно поездки на такси, Кай посеменил следом. В какой-то степени он даже поддерживал эту идею – с его пробитой лапой добираться до дома на своих четырех представлялось не самым приятным квестом.
Услышав нелестное прозвище, Бергер неторопливо перевел взгляд на собрата по расе, словно говоря – сам ты, шерсти кусок. Боднув как следует дверь и сведя на нет попытку водителя ее удержать, Кай поставил лапы на сиденье и душевно, по-доброму заглянул ему в глаза. Он очень постарался передать всю скопившуюся в его алых глазищах надежду, что человек образумится, поймет степень своего заблуждения и отвезет по нужному адресу двух очень подзаебавшихся от человеческого общества оборотней. В отличие от пропойцы человек оказался более морально устойчивым. Он несколько раз открыл и закрыл рот, видимо, изображая из себя рыбку Дори. Особенное сходство с ней ему придала быстрая пропажа памяти, словно он только что и не отказывал им в поездке.
Кай торжествующе глянул на Джекса, и шмыгнул в салон, вновь продемонстрировав чудеса ловкости и протиснувшись между водилой на переднее сиденье. Дождавшись, пока загрузится второй пассажир, тот очень медленно и осторожно тронулся с места и поехал по названному Веллером адресу. Время от времени он косился на волка и тут же отводил взгляд, едва Кай поворачивал к нему голову. Бергера это откровенно забавляло. Шутки ради он ткнулся носом в руку таксиста, мол, все хорошо мужик, не нервничай, и тут же пожалел о своем маневре, потому как тот со страху вильнул с угрозой влететь во встречную машину.
Когда машина остановилась, таксист буквально вылетел из нее, освобождая дорогу Каю. Волк не стал дожидаться, пока Джекс сотворит чудо и вытащит сто баксов из кармана потрепанного пальто алкаша или – что ближе к истине – выдаст бедолаге внеплановый билет в другой мир, чтобы избавить их от свидетелей. Его необходимое присутствие на этом закончилось, дальше Веллер прекрасно справится один, и на волне этой мысли Кай рванул к дому сородича, до которого оставалось чуть меньше квартала.
Оборотничество само по себе предполагает, что каждый раз после возвращения в человеческий облик приходится сталкиваться с проблемой отсутствия одежды. Джексон к своему виду привык, похоже, настолько, что не гнушался нести его в массы на радость соседям-эксгибиционистам. На самом деле сквозь иронию Кай догадывался, чем тот руководствовался, оставляя приоткрытым окно в ванную в квартире на первом этаже, и оценил предусмотрительность Веллера.
Оказавшись внутри, Кай прошлепал в гостиную и, положив морду на лапы, растянулся возле дивана.

[AVA]http://savepic.su/7286300.jpg[/AVA][NIC]Kai Berger[/NIC][SGN]Guns go off and acid rains
Down the face of this town.
[/SGN][STA]wild eyes[/STA]

0


Вы здесь » INTERSTELLAR » hidden ways » werewolfs, baby!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC